(no subject)
tempo_perduto

Тишина.

Read more...Collapse )

(no subject)
tempo_perduto

Как тяжело порой бывает просто решить сбросить с себя груз повседневных оков. Знать, куда идти, но не знать почему. Когда следует выбиться из колеи. Твоя душа в плену у мертвых декораций. Ты растерян и ищешь. Я живу настолько ярко, насколько мне позволяет это моя личность и моя воля. Я живу пока на горизонте виден твой силуэт.

Выпусти твою душу из плена обстоятельств, я не запру ее в темницу моих ревности и страхов. Я не построю стен и ограждений. Я просто буду любоваться тобой в бесконечном пространстве этой вселенной. Я хочу восхищаться тем, как ветер разбрасывает карие локоны на твоих плечах. Я буду стоять рядом и если вдруг тебе станет холодно - я обниму тебя. Если ты побежишь  - я не стану тебя удерживать в стальных объятиях, я просто побегу следом. Если ты нечаянно поскользнешься - я тебя удержу. Если ты бросишься спиной на золотистое поле усеянное рожью, я лягу рядом и возьму твою ладонь в мою. Я повернусь лицом к тебе, чтобы ты видела мою улыбку.

Будущее - это солнечные поля, это зеленые луга и белые от снега горы. Я никогда не покидаю тебя, даже когда мы оба молчим. Я буду рядом, потому что я внутри тебя. Я твоя тень, а ты моя. Просто еще не полдень.


(no subject)
tempo_perduto
С Днем Рождения, Барби! Я как всегда опаздываю. Можно наговорить массу напутствий и пожеланий, но ведь и ты сама понимаешь, что в своем большинстве это банальности и шелуха. А главное, на мой взгляд, при любых обстоятельствах и в любом возрасте, оставаться собой, жить этой единственной несокрушимой истиной и никогда не иметь необходимости поступаться ей.
Еще я уверен, что ты способна любить и ты будешь любить так как люди давным давно разучились это делать. Любить до такой степени, что при одной только мысли наворачиваются слезы на глазах. Ты полюбишь как способны полюбить только белоснежные лебеди.
Жизнь не мала и не велика для любви, жизнь это весенний дождь с солнцем и радугой или неуклюжие белые снежинки, парящие над теплым подоконником. Жизнь это ежедневный выбор пути. Так вот, я желаю тебе всегда идти по тому пути, по которому проходит твоя линия истины, тропа, которая известна только тебе, единственное направление, которое придаст всему необходимый смысл.

(no subject)
tempo_perduto


Она сидела за длинным письменным столом читального зала, смотрела периодически то в сторону монитора, то на белый лист тетради по которому плясала тонкая как кисточка шариковая ручка с синим колпачком. Ее шея была повернута в сторону ее длинных и тонких пальцев, которые то резко бросались в оживленный танец, то медленно двигались над поверхностью белого как снег листа тетради, ведя за собой худую фигуру обыкновенной письменной ручки от фирмы BIC.

На ее макбуке серого цвета с откушенным яблоком на обратной стороне экрана, рядом с этим белым светящимся яблоком, четко выделялось большое черное пятно, которое бросалось сразу в глаза. Она сидела в аккуратных, хоть и не совсем изощренных очках с удлиненными в виде капель линзами в пластиковой черно-белой оправе. Белые наушники, словно ремень безопасности, сползали вниз поперек ее тонкого серого свитера из кашемировой шерсти. Ее темные волосы были собраны в конский хвост, что только придавало ей собранный и строгий вид. Она всем своим сдержанным поведением претендовала на роль строгой, организованной и ответственной студентки, какой она быть может и была.

Небольшое черное пятно имело форму модульного отпечатка, состоящего из небольших черных прямоугольников. Только приглянувшись можно было заметить, что эти прямоугольные следы с одной стороны заканчивались четкой и округлой чертой, а с противоположной просто плавно растворялись, словно следы от сухой печати.

Мы стояли на улице, точнее на внутреннем дворе библиотеки факультета черт знает чего. Нас разделяли примерно 10 лет разницы в возрасте. Она была не по годам смышленой. Мои же годы добавляли мне только морщин. Если бы незнакомец прочитал транскрипцию нашей беседы - готов поспорить - он бы дал ей как минимум сорок, а мне не больше пятнадцати.

Потом она заговорила о политике. Господи, кто и зачем придумал политику? Лучше бы она молчала. Она могла бы спросить кто я, откуда я, как прошел мой день на худой конец, но мой день не был для нее интересен. Мы наказываем людей своим безразличием, мы заинтересованы исключительно собой. Чужое нас интересует исключительно в придадочной роли.

Ну а я нуждался в ее общении просто потому что мне интересно было узнать откуда взялось чертово пятно на крышке ее ноутбука. Какая гигантская глупость. Был уже поздний вечер. Завтра ей просыпаться к десяти, а мне вставать в шесть.

Я попрощался с ней, так и не узнав откуда взялось чертово черное пятно. Она была прекрасна, поэтична.

У нас с ней не было ни единого шанса, ни единой точки соприкосновения. Мы пролетели мимо друг друга со скоростью звука еле соприкасаясь.


(no subject)
tempo_perduto

Я выпустил ее демона из своей головы. Она простилась со мной во сне и я послал ей мой пламенный воздушный поцелуй.

Она влюбилась в мое безразличие, я же потерял к ней какой-либо интерес. Она убила меня и оставила меня живым.

Наше лето разлуки навсегда перечеркнуло во мне какие-либо искренние чувства. Для меня все было кончено. Для нее все только начиналось. В тот год в ее семье внезапно умер очень близкий для нее человек. Спустя несколько дней я попал в аварию на мотоцикле и надолго вышел из строя. Как и ожидалось от девчонки с хорошим нравом и воспитанием - в ней проснулась заботливая медсестра и она почти каждый день, на протяжении долгих месяцев, приезжала ко мне.

Она лепила мне самые необыкновенные пирожные и торты, снабжала меня пищей, чтивом, сигаретами и своей пламенной любовью. Но я больше ее не любил. Моя любовь покинула меня в тот момент, когда на мой вопрос, любит ли она меня, она сухо ответила нет. Я очень хотел что-либо почувствовать к ней, но в лучшем случае мог испытывать к ней жалость.

Потом она забеременела и у нее был выкидыш. Я помню как мы сидели у меня на диване и долго молчаливо смотрели друг на друга. Это послужило нам финишной чертой. Немногим позднее я ее бросил. Я до сих пор помню как она горько рыдала, как этот гордый человечек дрожал и потерянно лепетал какие-то невнятные слова в трубку.

Однажды ночью, ближе к утру, кто-то позвонил на мой мобильный. Такого рода звонки никогда ничего хорошего не обещают. На трубке была ее мать, она искала свою дочь. Умоляла, чтобы я ей помог. Я позвонил паре друзей, но ясное дело - безрезультатно.

Через несколько дней я узнал о случившемся.

Она улыбнулась мне и сказала прощай. Я готов поклясться, что она пришла ко мне, чтобы со мной попрощаться. Она улыбалась, но на ее чистое белое лицо падала необъяснимая тень.

Ее волосы, как тонкие тоскливые ветки, падали на ее красивые плечи и груди. Я заметил, что она стоит в одной ночной сорочке серого цвета, улыбается, просит прощения и протягивает мне руку.

Я беру ее холодные пальцы, но они ускользают. Я чувствую как она медленно заваливается на пол. Ее опрокинутая голова падает за плечи. Падает хрустальная лампа с потолка на пол. Падают и разбиваются окна. Падают даже сами стены и я остаюсь совершенно один. На улице капают тяжелые капли холодного дождя. Крыша так и не упала, ее кто-то удерживает надо мной. Я делаю несколько шагов в сторону, устремляю взгляд горе и вижу затянутое серой пеленой небо. Крыша моего дома буквально парит в воздухе. Присмотревшись, я наконец замечаю, что крышу держат два гигантских пальца с длинными грязными ногтями. Это пальцы гигантской версии ее парня. Он в тысячу раз больше меня и может в любой момент задавить меня как таракана.

Я - таракан. Я всегда был тараканом, черным скользким и шустрым жуком, любящим тенистые и влажные места. Я бегу от него. Я забегаю в первую попавшуюся щель и очень глубоко дышу. Мои длинные как антенны усы нервно трясутся. Я замечаю, что я в щели не один. Нас много. Вся щель просто кишит черными тараканами и белыми скользкими личинками и червями.

Тише. Тише. Шей. Шай. Ушай. Слушай. Кушай. Кушай. Кушай.

Они все едят. Кто-то трахается. Кто-то испражняется. Кто-то ест и одновременно откладывает личинки. Из личинок вылупляются зеленые мухи и улетают в серое небо.

Я снова перебегаю. Я бегу и мой ТомТом на запястье показывает мне путь обратно домой. Осталось совсем немного. Я пробегаю через маленький деревянный мостик в сосновом бору. Наступаю на лежащий на тропе сук, поскальзываюсь на нем и падаю. Больно. Я кричу изо всех сил. Нечеловеческий крик стоит во всей комнате. Я просыпаюсь от своего крика.

Она покончила жизнь самоубийством. Она мертва. Ее больше нет и никогда не будет. Точка. Надо бежать дальше.


(no subject)
tempo_perduto
Я переживал один из самых бессмысленно потраченных периодов моей жизни. Этот момент не казался мне чем-то ограниченным во времени, как какая-то легкая болезнь, которой обязаны переболеть все здоровые люди в своей жизни, как какая-то краснуха или ветрянка. Я переживал мою утрату как вечность. Я прожил в этом трауре все лето.
Она улетела с подругой в Англию и обещала писать хотя бы раз в день и, черт возьми, сдержала свое обещание. За тридцать дней я получил от нее ровно тридцать сообщений примерно одинакового тона и характера. Было бы гуманней, если бы она вообще не писала.
Куда бы я ни ходил, где бы я ни находился, мне везде было невыносимо. Особенно доставали песни, фильмы и поп культура. Я никогда не замечал, что во всем этом было такое огромное количество намеков на любовь. Все эта розовая попса лилась в мои уши и доставляла немало горя и страданий.
Потом был финал чемпионата мира по футболу. Наша сборная победила. Я сидел на балконе с литровой кружкой пива. Мне было абсолютно безразлично, кто там играет и, тем более, кто побеждает. Я был один дома и смотрел футбол просто потому что в спорте редко речь заходит о любви.
Потом я не выдержал и собрался к ней на море. Сел на поезд и приехал в Мизано утром к 9 или 10 часам. Ее телефон был выключен. Я не помнил, в каком точно доме она живет, тем самым просидел на площади как минимум до обеда. Она отдыхала с компанией ее бывшего. Такого удара совсем не ждал, он пришелся на тот момент, когда я был практически уже нокаутирован.
Мы занимались любовью в той же постели, в которой они лежали вместе меньше чем 12 часов назад. Где-то рядом, на комоде, он забыл свой ремень, скрученный улиткой. Ремень так и лежал на светло-коричневой поверхности как какой-то вражеский трофей. Я лежал на ее мокром обнаженном теле, а ремень лежал на пустом и холодном комоде.
Я отчетливо помню как мне резко захотелось уйти из этого места, подальше от ее постели, ее квартиры, подруг, компании. Сказано - сделано. Я даже забыл как следует попрощаться с ней и с подругами. Зато я снова мог слушать злополучное радио, попсу, смотреть кино и планировать поездку на Ибицу.

(no subject)
tempo_perduto
Это был самый счастливый момент в моей жизни. Он не продлился долго. Потом пошло все по самому классическому сценарию. Только для меня все было новым. Для меня это был единственно возможный сценарий.
Мы лежали на ее кровати. Была поздняя весна, а может быть и раннее лето. Я уставился на старинные деревянные балки ее крыши. Это были шикарные лакированные брусья шириной с рельсы. Вдруг мне захотелось ей признаться в любви. Меня ничего не сдерживало, я был влюблен. Черт знает почему в доме играл Френк Синатра. Он затянул высокую ноту, потом его торжественно заглушил шум оркестра и на этом песня кончилась. Наступила тишина.
- Я тебя люблю, Д., - сказал я вдруг повернувшись к ней лицом. Она молчала. - Ты меня слышишь?
Я заробел. Мне стало ужасно неловко и даже немного стыдно за мою дурацкую фразу. Она продолжала молчать. Молчал и музыкальный проигрыватель. Молчал ветер. Молчал даже старый скрипучий дом со своей неумолкающей антикварной мебелью. Все вдруг стихло.
- Ты меня любишь? - спросил я ее снова. Но вместо того чтобы спросить об этом уверенней и громче, у меня получилось только невнятнее и тише. - Ты любишь меня, Д.?
- Нет. - ответила мне она. - Я тебя не люблю.
Я побледнел, как будто какой-то вампир внезапно меня обескровил. Я едва ли сдерживал дрожь в теле. Постарался сделать вид, что меня это не задело и что, на самом деле, я был готов к такому ответу. Наверное я в жизни глупее никогда не выглядел. Я чувствовал себя как Царь-Колокол, который только что грохнулся с высоты птичьего полета и треснул, а потом по нему прошелся стотонный шагающий экскаватор.
Позже, ближе к середине-концу июня, когда у нас начались летние каникулы я устроился на временную работу. Началось настоящее жаркое лето с палящим солнцем, пустующими городами и горячими песчаными пляжами. Я ей звонил, а она мне не отвечала, я хотел предупредить, что освобожусь раньше обычного, но никто не поднимал трубку. Я помню как приехал с цветами и ее любимыми пирожными-безе снежно белого цвета. Подошел к той самой калитке, позвонил. Из дома вышла она, а за ней ее бывший.
Конечно же он живет в 200 метрах от ее дома и просто заехал на велике, чтобы поинтересоваться как у нее дела. До сих пор не пойму как такая находчивая и умная девочка как она не нашлась и не сказала, что он просто зашел за какой-то забытой у нее дома вещью. Но нет, почему-то она уточнила, что он заехал повидаться, она увидела его длинные ногти на руках и решила их подстричь. Черт, эта фраза навсегда врезалась в мою память.
Я помню как я приезжал к ней по утрам. Звонок в дверь. Немного ожидания. Натянутая улыбочка на бледном лице, потом резко извинялся и бежал в ближайшую уборную на первом этаже и рыгал. Я от нервов выплевывал еще свежие куски бутербродов с малиновым вареньем. Это повторилось несколько раз.
Потом у нас был разговор. Она сказала, что ей не хватает ее друзей, старой компании. Она сделала мне предложение от которого нельзя отказаться. Нам следовало взять передышку.

(no subject)
tempo_perduto
Я помню как я мчался ночью на мотоцикле по узкой провинциальной дороге почти в одну полосу движения. Фара дрожала, отбрасывая неровный желтый спектр на черное асфальтное полотно. Нет ничего, что могло бы сравниться с омерзительным ощущением когда насекомое, влетая в прозрачную маску мотоциклетного шлема, разбивается вдребезги с характерным мокрым хлопком. Это напоминает о том, что и ты, человек сидящий на седле мотоцикла, в любую минуту можешь разбиться о что-то твердое. Внутренности в перемешку с густой кровью быть может таким же образом, только в более крупном масштабе, расплывутся по дороге, стене, кузову грузовика или дереву.
Тем не менее в тот вечер я не осторожничал. Я гнал и как мог гнул на поворотах почти не ощущая ни страха, ни холодного ветра.
Спустя несколько дней мы прогуляли вместе школу. Я увез ее в одно пустое, но уютное место. Мы были проездом через центр, где остановились и решили, что нужно что-то менять. Так дальше продолжать было глупо. Она должна была ему все рассказать и бросить, но что-то ее все-еще удерживало.
На пути встретили мою сестру. По ошибке она назвала ее именем одной моей знакомой. Я впервые заметил следы ревности в ее улыбке.
Потом он наконец узнал, что она его бросает. Он негодовал, клялся, что все исправит, что исправится. Она не постеснялась поставить ему в упрек его тупость. Вместо того, чтобы послать ее к черту, он клялся, что в этот раз возьмется за книги. Я не хотел верить своим ушам, когда она мне рассказывала об этом. Мне было немного неудобно за него.
Где-то месяц она попросила меня не подавать вида. Меня удивила ее скрупулезность в определении этого смешного "переходного периода". Тем не менее она была моей и на условия мне было наплевать.

(no subject)
tempo_perduto
Для тебя у меня всегда найдется свободное время. Даже если я буду опаздывать на самое важное совещание или встречу всей моей жизни, я всегда найду для тебя хотя бы пять минут. Ты мой человек-вечность, ради которого я живу и благодаря которому жизнь превращается в сплошной солнечный день. Ты воплощение всех моих самых ярких и нерушимых представлений о будущем.
Твое присутствие делает осуществимой мечту о любви.
Остановись на мгновение и вспомни как ты представляла себе эту жизнь до того как вульгарная природа пошлых и циников не запачкала собой эту чудесную идею. Вспомни себя ребенком. Вспомни каким сказочно ярким и красивым нам казался этот мир. Вспомни с каким восторгом и нетерпением мы просыпались утром, чтобы начать новый день. Мы будили наших родителей, мы бежали навстречу нашим домашним. Мы откровенно радовались дождю и радуге. Мы с улыбкой на лице прыгали по лужам в сандалях на босую ногу. Нам за это доставалось дома, но зато как восхитительно было лететь чистенькими подошвами вниз в грязную мутную жижу.
То наивное светлое будущее, которое мы представляли себе будучи еще детьми, в котором нет таких понятий как власть, роскошь, насилие и пошлость, оно живет с нами. Оно никогда нас не покинет пока мы живы. Пока мы живы, мы будем способны его реализовать и все наши мечты останутся в силе до самого конца. Они тянутся к нам, ждут наших решений и поступков. Достаточно сбросить взрослые маски и всегда говорить правду окружающим, но прежде всего никогда не лгать самим себе.

(no subject)
tempo_perduto
В тот год март был незабываемо ярок и душист. Я был искренно влюблен. Она поселилась глубоко в моей душе и проросла корнями в моем сознании, не взирая на то, что ее тело все еще принадлежало другому. Это меня вовсе не смущало, мне было достаточно ощущать на себе теплоту ее взглядов и горький привкус ее преднамеренно неженских духов когда я целовал ее тонкую белую шею. Любовь настоящая - это незабываемо хрупкое и ранимое существо, которое, врезаясь в людей, заражает и заряжает их своей божественной эпидемией с характерным выбросом гигантских доз адреналина напрямую в кровь.
Однажды, в один из прохладных мартовских вечеров, я решил все изменить. Я сел на мотоцикл и просто подъехал к ее дому. Ее родителей не было дома. Ее парень тоже отсутствовал в тот вечер. Все было просто и понятно. Я приехал для того чтобы остаться. Я помню как шел по частной дороге, ведущей к ее дому. Ярко-желтый месяц освещал мое почти торжественное шествие. Я шагал и под рукой держал мой громоздкий шлем, который придавал моему шествию некий своеобразный античный смысл. Я не шел, а шествовал. Я, как Цезарь, покоривший Галлию, преодолевал Рубикон, последний формальный рубеж, отдаляющий меня от предмета моих мечтаний и грез.
Она была одета во что-то очень легкое желтой окраски. Я немного постаял у ворот и зашел. Мы стали под арку из вьющихся цветов у ее порога. Я cнял перчатки, положил шлем на пол и зажег свою Мальборо Бленд 29. Вокруг пели сверчки и вдоль толстой стены ее дома дул свежий весенний ветер. Она стояла напротив и курила не самые дамские Синие Кэмел.
Мы стояли молча. Я взял ее на руки, но не деликатно со стороны талии. Я поднял ее за бедра и перебросил через плечо. Я уносил ее по лестнице вверх как солдаты Ромула, несущие на себе похищенных сабинянок. Я знал, что это был единственный верный шаг. Мы стояли лицом к лицу с безысходной стороной настоящей любви. По-другому просто не могло быть.
Вскоре послышался шум приближающегося автомобиля. Яркие фары наполнили дрожащим искуственным светом узкую дорогу посреди поля. В тот год крестьянин в последний раз засеял его кукурузой.
Ее родители возвращались с ужина. Была почти полночь. Мы сидели на ее кровати и о чем-то невинно шутили. Я помню как она улыбалась и твердила, что я сумасшедший.
- Sei un vero pazzo, - говорила она, смотря мне прямо в глаза. - Sei stato davvero un matto a venire qui in moto col buio. Ma ti perdono. Ti voglio bene uguale, anche se non mi hai avvisato. Anzi no. Ti adoro.

?

Log in